Преступления против детства

Общее число безвозвратно потерянных жизней гражданского населения на оккупированных территориях и на принудительных работах в Германии составляет больше половины людских потерь Советского Союза за период Великой Отечественной войны это 13,7 млн. человек. Несколько сотен тысяч из них – это дети, погибшие на оккупированной территории. Убитые, замученные, умершие от ран, голода и болезней.

Дети и война – несовместимые понятия. Но наряду со взрослыми нацисты убивали детей. Они убивали их вместе с родителями и поодиночке. Детей бросали в огонь и заживо хоронили в могилах. В концлагерях над ними производили изуверские опыты, забирали без остатка кровь для немецких солдат. Дети умирали от голода, издевательств и болезней. Детей истязали с особой жестокостью.

Убийства и насилие над детьми сопровождали не только любую карательную акцию оккупантов, но, в первую очередь, касались бытовых вопросов.

Так, в протоколе опроса жителя села Демянск Демянского района М. И. Пименовой, составленном 19 марта 1945 года, читаем:

«Заняв село Демянск в сентябре месяце 1941 года, немецко-фашистские захватчики с первых же дней начали отбирать от населения продукты питания, главное – хлеб и картофель. Лично у меня немцы забрали весь картофель в количестве 15 мешков. В апреле месяце 1942 года, когда мой сын Пименов Александр Павлович, 1929 года рождения, разрывал для себя яму с картофелем, к нему подошли 5 немцев, чтобы забрать картофель. Но мой сын не хотел отдавать картофель, оказав при этом сопротивление. После этого, дня через 4–5, на улице недалеко от своего дома один немец, участвующий при отборе картофеля, из револьвера застрелил моего сына за то, что он не хотел отдать им весь картофель».

Об убийстве нацистами юноши Саши Сысоева читаем в акте комиссии колхоза «Старое Яковцево» Елмановского сельского совета Сычевского района от 17 августа 1943 года:

«О злодеянии немецких захватчиков и их сообщников, совершенного над колхозником колхоза «Старое Яковцево» Сысоевым Александром Григорьевичем, 1927 г. рождения. Мать его 23 января [19]42 г. ушла к сестре в Алексютники с младшим братом после обеда. Он забоялся ночевать и позвал к себе товарища Штринкина Григория Ивановича. Назавтра утром Штринкин ушел и услышал, что его товарищ Сысоев Александр Григорьевич убит немцами. Когда изверги убили мальчика, то велели старосте Тимофееву Павлу нарядить двух мальчиков, убрать труп. Штринкин Федя и Кислов Аркадий завернули труп в одеяло, вынесли и закопали в снег. Немцы долго не разрешали матери хоронить сына. Мать погибшего ничего по этому поводу показать не может. Злодеяние совершилось 23/II-[19]42 г., какой части были немецкие варвары, никто не знает».

А это – свидетельские показания врача–педиатра Н. Бараненко, данные 5 октября 1943 года о гибели детей в городской детской амбулатории от голода и отсутствия медикаментов в период оккупации г. Смоленска:

«Во время оккупации немцами города Смоленска я работал в городской амбулатории. Мне в основном приходилось принимать детей, так как я врач-педиатр. Сердце сжималось от боли при виде этих малышей, страдающих от жестоких условий жизни. Если взрослый мог кое-как влачить жалкое существование, то дети в большом проценте случаев гибли и от голода, и от заболеваний. Рабочий тяжелого физического труда получал в сутки 350 грамм хлеба, иждивенцы — 200 г, и дети — 70 г. 1 раз в месяц давалось 500 грамм крупы, приготовленной из ржи и 150 г соли.

Особенно страдали дети от инфекционных заболеваний, в частности от дифтерии. Дифтерийных сывороток у нас не было.

Иногда немцы давали небольшое количество сыворотки для инфекционной больницы, но не все болеющие дифтерией могли ее получить, так как ее было очень мало.

Эту лечебную сыворотку можно было достать у немцев на яички, которые стоили на базаре 250–300 рублей (при заработной плате 350–400 рублей в месяц). И вот мама, желая спасти ребенка, бежала по базару, чтобы продать свою последнюю вещь, на эти деньги покупала яйца и несла их в немецкий госпиталь, умоляя дать лекарство для больного ребенка. Иногда немец смилостивится и, приняв от бедной женщины яички, выносит ей дифтерийную сыворотку.

Много детей гибло от желудочно-кишечных заболеваний (особенно в возрасте до 3 лет). Ни детских больниц (за исключением дифтерийного отделения при инфекционной больнице), ни молочных кухонь, ни консультаций в это время не было.

Истощенные дети при заболевании в 60% погибали».